?

Log in

No account? Create an account
Там кто-то крикнул мне в ночи,
Что ты не мой.
И я, как ведьма, злобно подвывая, застряла между солнцем и луной.

И ребра, переломанные сердцем, звенят осколками цветных витрин.
И не на месте я, не вместо. И ты один и не один.

И между краем и отцветшей серединой
Дорога стелется раскисшей глиной.

И нет таких заклятий и не будет,
Чтоб счастье принесли на дивном блюде.

Но я хочу и никому не верю.
Мои желанья и мои потери.

Здесь все моё. И даже это небо.
И этот сон, который ночью не был.

И будет так. И только ты не мой,
Застрявший между солнцем и луной.

М. Деригус. Иллюстрация к повести Н. Гоголя *Майская ночь, или Утопленница*: Ганна, 1951
Я любила в тебе Маяковского.
Извини, извини, извини.
Такого звонкого и острого,
И порезанного на ремни.

Это, как любить в черешне косточку.
И кричать, и молить: Не губи!
По ночам метаться под форточкой.
Не реви, не реви, не реви.

Я ободранная и распятая,
Обливной отбивается край.
Ты размашисто, как плакатами,
Создаешь свой отдельный рай.

Я любила в тебе Маяковского,
Различала всегда впереди.
Получила в конверте плоском я:
Уходи, уходи, уходи.

7 окт, 2017

Ах, ты блудница-распутница,
Расплетеная коса.
За тобой следят на улице
Завидущие глаза.
Нет бы сплетницам раскаяться,
Отвернуться в сторону,
Благочестьем своим хвалятся,
А глядят, как вороны.
Им и завидно, и хочется,
Чтобы жарко-горячо,
Да привычней строго морщиться,
Если руку на плечо.
Ах, ты блудница- распутница,
Расплетеная коса,
Выходи гулять по улице,
Сплетницам глядеть в глаза.

21 авг, 2017

Что-то, за чем я гонюсь, растворилось во мраке,
Странными красками стелятся темные пятна.
Я прорастаю, как в поле озимые злаки,
Чтобы дойти до конца и вернуться обратно.
Мне не нужны соловьиные, сладкие трели.
Солнце свернулось в клубок, заплетаясь лучами.
Что-то неясное в детстве мне тихо пропели,
Что-то простое, укрытое сладкими снами.
Где-то ищу пыль веков разгребая руками,
Где-то есть истина в этом расплавленном море.
Где-то горит обжигающе яркое пламя,
Где-то горит, закаляя и в счастье, и в горе.
Я не найду. Боже, как все в итоге конечно,
Как безразлично и пасмурно в мире пустом.
Стол накрывает нам бархатом пыльная вечность.
Мир накрывает и бледный оконный проём.

Саломея, ожидающая казни Иоанна Крестителя, 1870 Александр Анри Реньо (1843-1871)


Другому поэту.

Как верно.
До дрожи.
Возможно,
Похожи.
Не шли с Вами
Рядом,
Отравлены
Ядом.
Но думали
Так же,
В снегах
И на пляже.
И рядом
С друзьями,
И рядом
С врагами,
Мы просто похоже думали с Вами.
Ветки -кисти расставили пальцы,
Собирая ладонями лёд.
И окно, как холстина на пяльцах,
За живое узором берёт.
Мне бы знать, что не буду с тобой,
Мне бы знать, что тебя не увижу.
Проходи, обойди стороной,
Или рядом иди, не обижу.
За окном синева, как дурман.
Я в тумане расправила крылья.
Твой прекрасный, волшебный обман
Обернется морозною пылью.

25 май, 2017

Когда я перестану раскладывать на картах твоё имя.
Когда мои дела и помыслы наполнятся другими.
Ты вновь придёшь, когда тебя не ждут,
Не помнят, не хотят и не зовут.
И вновь разрушишь всё. Натопчешь на ковре,
Сломаешь старый фикус возле двери.
И вновь я буду думать о тебе.
И буду вновь хотеть тебе поверить

T4PcJ1zg57U
Титков Иван Васильевич (1905-1993) «Крыльцо у дома вологодского крестьянина»
Почти все картины беру у чудесной http://kykolnik.livejournal.com/

На заборе.

Больше здесь не будет этих слов,
Этих взглядов, поцелуев нежных.
Напишу-ка я свою Любовь
На заборе росчерком небрежным.

Пусть её морозит зимней ночью,
Пусть ей ливнем выхлещет глаза.
И пацан поверх напишет в строчку,
Всё что миру он хотел сказать.